Размер шрифта: A A A Изображения Выключить Включить Цвет сайта Ц Ц Ц Обычная версия сайта

Фотоэкспедиции

Журнал Молодёжной научно-исследовательской фотоэкспедиции «Садовое кольцо». Площадь Красные Ворота: поход 30.03.2019.

Журнал Молодёжной научно-исследовательской фотоэкспедиции «Садовое кольцо». Площадь Красные Ворота: поход 30.03.2019.

Ссылка на фото: https://yadi.sk/a/BY8Zh-cbFVuQsw
День был, как вспоминается при пересмотре фотографий, довольно хмурый. Съёмку провели вчетвером — участвовали Вероника Летягина, Татьяна и Дарья Тишковы (четвёртым — руководитель экспедиции). Собрались у южного выхода из метро, и спешившая мимо девушка любезно задержалась сфотографировать нас для истории. Затем, почти сразу, разбежались — чтобы работать, не отсвечивая друг у друга перед объективами.

Роль Красных ворот — в том числе благодаря названию станции — играет сегодня, как это ни парадоксально, вестибюль метро, его кораллово-лососёвая раковина между Мясницким проездом и Боярским переулком. А какие ещё Красные ворота вы теперь найдёте на названной их именем площади? Поэтому, для начала, два слова о Красных воротах настоящих — исчезнувшем архитектурном памятнике, который, однако, продолжает невидимо присутствовать в планировке площади, образовавшейся когда-то вокруг него: https://pastvu.com/p/17165.

Первоначально, в XVII веке, Красными назывались ворота Земляного города. Продолжая Мясницкую улицу, по линии позднейшего Орликова переулка от них шла дорога в Красное село. К 1709 г. их уже не было — в этом и 1721 г. триумфальные арки в честь российских побед над шведами ставились уже на другой трассе через вал, у пролома в нём против Новой Басманной улицы, который в качестве проезда через городскую черту приобретает здесь с петровских времён всё большее значение.

Перед ним же, на месте предыдущих триумфальных ворот (в честь коронации Екатерины I; сгорели в 1737 г.), московское купечество возводит в 1742 г. новые (арх. М.Г. Земцов, И.Я. Бланк) — для торжественного въезда в Москву венчавшейся на царство императрицы Елизаветы. Деревянные наподобие прежних, они в свою очередь тоже сгорели в 1748 или, по более новым данным, в 1753 г., после чего по решению Сената были воссозданы в камне (1753—1757 гг., арх. Д.В. Ухтомский).

Между тем, по замыслу славного московского зодчего князя Дмитрия Васильевича Ухтомского каменная арка была несколько увеличена в размерах и, став таким образом более монументальной, из расчёта на её круговой обзор сооружена не как прежние, в начале Новой Басманной, а на более высоком и открытом месте, на линии Земляного вала — что закрепило формирующуюся связь улиц по его сторонам и положило начало площади — https://pastvu.com/p/638062; https://pastvu.com/p/853894; https://pastvu.com/p/24994; https://pastvu.com/p/73807; https://pastvu.com/p/21448; https://pastvu.com/p/15073; https://pastvu.com/p/24977.

В июне 1927 г. Красные ворота стали одной из первых жертв неудержимого и безжалостного обновления советской столицы. Обращения и ходатайства не помогли — причём не только авторитетных архитекторов, искусствоведов, историков и их общественных организаций, но даже Наркомпроса и Академии наук. В 1926 г. ворота начали ремонтировать, затем вдруг 18 из 20 украшавших сооружение фигур оказались украденными, затем в поддержку сноса была развёрнута кампания в прессе, и наконец, по одобренной Президиумом ВЦИК инициативе Моссовета, уникальный архитектурный памятник был разрушен под предлогом упорядочения уличного движения — см.: Романюк С.К. Москва: Утраты. М., 1992. С. 236—237; см. также: https://pastvu.com/p/6114; https://pastvu.com/p/29647; https://pastvu.com/p/14845; https://pastvu.com/p/103903.

Впрочем, ради исторической справедливости, нельзя не указать, что первый указ о сносе Красных ворот был подписан ещё императором Николаем Павловичем (к венчанию на царство которого они, кстати, подновлялись с изменением некоторых деталей):

«В мае 1854 г. по высочайшему повелению назначено было ворота сломать, по бесполезности их, но в январе 1855 г. последовало новое высочайшее повеление о том, чтобы Красные ворота не ломать и иметь наблюдение за их сохранением. Как оказывается,

отмена прежнего высочайшего повеления произошла вследствие представления обер-гофмаршала Олсуфьева императору Александру II, в то время ещё наследнику цесаревичу, по вмешательству в это дело историка М.П. Погодина. Это не помешало, однако, Комиссии о пользах и нуждах [общественных] внести в 1873 г. в Городскую думу доклад “по вопросу о необходимости исправления Красных ворот”, в котором комиссия “нашла уместным предложить Думе Красные ворота, по бесполезности их, сломать”. Дума, однако, это предложение отклонила и по приговору 3 мая 1874 № 59 назначила сумму, необходимую для капитального исправления ворот» (Пути сообщения в г. Москве по высочайше утверждённому плану регулирования / Сост. А.Н. Петунников. М., 1915. С. 127—128).

Заключительные на тему самих Красных ворот абзацы — об их имени, унаследованном площадью и станцией метро. Земцовские ворота уже точно назывались «Красными», как они и подписаны на плане местности вокруг них (нач. 1740-х гг. — см.: Памятники архитектуры Москвы… [Вып. 5.] М., 1998. С. 217). Вопреки мнению П.В. Сытина, что ворота назывались Триумфальными до середины XVIII в., С.К. Романюк (см. вышеуказ. изд.) справедливо полагает, что имя Красных могли носить здесь и триумфальные ворота петровского времени — по направлению дороги от них в сторону Красных села и пруда, без близости к которым они, действительно, остались бы просто «Триумфальными», как на Тверской, либо были бы привязаны к другому какому-нибудь местному топониму (вероятно, играла свою роль и народная память о крепостных Красных воротах Земляного города в конце Мясницкой). Впрочем, Сытин сам цитирует указ «О поставке в Москве фонарей…» (1732 г.), где, в частности, речь идёт о распространении масляного уличного освещения «и за Красными воротами» — Сытин П.В. История планировки и застройки Москвы: Материалы и исследования. Т. 1: 1147—1762. М., 1950 (Труды Музея истории и реконструкции Москвы. Вып. 1). С. 241 (там же см. об уничтожении петровских Красных ворот пожаром 1737 г., а деревянных елизаветинских — пожаром 1748 г. — С. 255—256, 293).

Красота и цвет триумфальных ворот оказали, видимо, дополнительное влияние на закрепление за ними их названия; неизвестно, впрочем, изначально ли и вообще когда (имея в виду и петровские триумфальные арки) их стены получили красный цвет; ворота Ухтомского были расписаны под мрамор — может, сразу и под красный, или розовый, как они изображены на раскрашенном офорте Ф. Дюрфельда (1792 г.; ГМИИ им. А.С. Пушкина).

* * *

О планировке площади в двух словах не скажешь — целая история. Дома здесь с дореволюционных времён нумеруются не по ней, а по примыкающим улицам, поэтому речь пойдёт только о некоем отрезке Садового кольца и смежных с ним территориях. Сюжет с изменением их границ дополняет та особенность площади Красные Ворота, что в течение примерно двух веков своего существования она то объединялась, то разъединялась с нынешней Лермонтовской площадью. Мы уделим внимание обеим, но по очереди.

Ныне их достаточно чётко разграничивает проезжая часть Садового кольца, так что под площадью Красные Ворота разумеют скверики внутри него — прежде всего, сменивший к 2018 г. стоянку машин перед павильоном метро, а заодно и старый, на месте Трёхсвятительской церкви. Кроме того, в память о разрушенных триумфальных воротах, взгляд безуспешно ищет в транспортном потоке едва уловимое, поглощённое этим потоком пространство при переходе Садовой-Спасской в Садовую-Черногрязскую. Но когда-то оно призрачным отнюдь не было, а было именно площадью, о которой мы говорим!

Итак, при возведении в 1750-х гг. каменных Красных ворот, вокруг них, как видно на изображениях XVIII — нач. XIX в., была распланирована и благоустроена небольшая территория, но до пожара 1812 г. по сторонам, уже невдалеке — поначалу, видимо, даже примыкая к воротам, — по линии будущих Садовых улиц начинался земляной вал со рвом (https://pastvu.com/p/455285), либо, учитывая его постепенное разрушение, более или менее значительные его остатки (в кон. XVIII — нач. XIX в. он во многих местах был уже срыт, в том числе, например, перед двором гвардии секунд-майора И.А. Татищева, между Мясницкими улицей и проездом). Под площадью же «у Красных ворот» в те времена разумелась Сенная

площадь на месте современных Лермонтовских площади и сквера (их коснёмся ниже) — см.: Сытин П.В. История планировки и застройки Москвы: Материалы и исследования. Т. 2: 1762—1812. М., 1954 (Труды Музея истории и реконструкции Москвы. Вып. 2).

После Наполеона, в 1813—1814 гг., архитектор-градостроитель В.И. Гесте предлагал у Красных ворот и церкви Трёх Святителей квадратную площадь, Комиссия для строений в Москве видела её треугольной, а московский главнокомандующий граф Ф.В. Ростопчин предлагал назначенный под её расширение двор Татищева как одно из подходящих мест для строительства Храма Христа Спасителя. Показательно, что в документах этих лет, связанных с планировкой площади, её уже отделяют от соседней Сенной (современной Лермонтовской), причислив в результате к категории «B» («оставляются с некоторыми в фигурах переменами»), а Сенную — к «D» («остающиеся в прежнем положении с одним только регулированием») — см.: Сытин П.В. История планировки и застройки Москвы: Материалы и исследования. Т. 3: Пожар Москвы в 1812 году и строительство города в течение 50 лет: 1812—1862. М., 1972.

К 1820-м — 1830-м годам, то есть после устройства Садового кольца по окружности бывшего вала, расширившуюся вокруг Красных ворот площадь фактически стали ограничивать появившиеся тогда палисадники. Именно этими зелёными насаждениями, до их ликвидации в 1936—1937 гг., зримо выделялись Садовые улицы, а отсутствием садиков — площади при пересечении кольца этих улиц радиальными трассами (кроме Замоскворечья, где палисадников не было, и отрезков с бульварами, где эту роль играли бульвары).

Палисадники на Садовой-Спасской заканчивались немного не доходя до Мясницкого проезда — https://pastvu.com/p/66616, — а на Садовой-Черногрязской начинались за Запасным дворцом (первый по внутренней стороне был перед усадьбой Алексеевых) — https://pastvu.com/p/435133. Весь участок кольца между ними воспринимался москвичами и обозначался на планах как площадь, которая в XIX веке чаще всего именовалась просто «Красными воротами». В конце этого столетия площадь начинают на планах, а затем в адресных книгах и справочниках называть «Красноворотской» — указывая в 1915 г. это название в качестве наиболее актуального и корректного, А.Н. Петунников делает примечание: «В прежнее время под “Красноворотскою площадью” разумели преимущественно бывшую “Сенную Красноворотскую пл.”, обращённую впоследствии в “Красноворотский сквер” (нынешний Лермонтовский. — Д.Я.), теперешнюю же Красноворотскую площадь обозначали кратко “Красные ворота”, иногда же ту и другую соединяли под одно общее название “Красноворотская пл.”» (Пути сообщения в г. Москве… М., 1915. С. 122 — сведения подкреплены ссылками на наиболее авторитетные планы XIX в.).

Теперь как раз логично перейти к бывшей Сенной Красноворотской, а ныне Лермонтовской площади. В целом она лет на сто старше своей соседки, но, в отличие от неё, почти сохранила старинную планировку и отчасти даже застройку (по Новой Басманной). Очевидно, именно о ней П.В. Сытин пишет, что при Петре I «на месте огородов перед воротами (триумфальными. — Д.Я.) устроена была большая площадь», причём с качелями, на которых во время святочных и масленичных гуляний качался сам царь со своими приближёнными — см.: Сытин П.В. Из истории московских улиц: Очерки. 3-е изд. М., 1958. С. 511.

Эта обширная площадь хорошо видна уже на первом геодезическом плане Москвы («мичуринском», 1739 г.), а на плане местности вокруг Красных ворот нач. 1740-х гг. названа Сенной. Действительно, примерно в это время была узаконена, производившаяся на ней и ранее, торговля — сеном, соломой, дровами, позднее в числе товаров упоминаются также уголь и камень для мощения улиц. К северу от площади, по обе стороны современной Каланчёвской улицы, во 2-й пол. XVIII — 1-й пол. XIX в. находился Лесной ряд (строительный рынок), весьма небезопасный в пожарном отношении (его возгорание отмечено аббатом Сюрюгом в описании усиления и распространения пожара 1812 г.).

С елизаветинских времён Сенная площадь фигурировала в документах как одна из наиболее значительных торговых площадей Москвы. Именно так, «по великому съезду поселян с дровами и сеном», оценивала её в 1814 г. московская Комиссия для строений, наметившая

тогда путём прирезки владельческой земли регулирование северной части площади, а вместе с ним и внешнюю сторону будущего Красноворотского проезда.

Название площади «Сенная» во 2-й половине XIX в., по крайней мере на планах, постепенно вытесняется названием «Красноворотская», а её торговое назначение не меняется, очевидно, до разбивки на ней Красноворотского сквера: «Сквер возник в 1882 г. на месте бывшей “Сенной Красноворотской пл.” и на средства, предоставленные городу В.Г. Сапожниковым» — Пути сообщения в г. Москве… М., 1915. С. 122 (следуют ссылки на Журнал Городской думы и доклад Городской управы 1881 г.). Таким образом окончательно сформировался и Красноворотский проезд — https://pastvu.com/p/634992; https://pastvu.com/p/634993; https://pastvu.com/p/18384.

В 1941 г. Красноворотские площадь и сквер были официально объединены в Лермонтовскую площадь, а полвека спустя, в 1992 г., снова разъединены: сильно изменившейся площади вернули её историческое название в форме «Красные Ворота», а увековечивать имя Лермонтова оставили бывший Красноворотский сквер, старинную Сенную площадь в развилке Каланчёвской и Новой Басманной улиц.

Ниже, в интерактивной подборке фотографий — площадь Красные Ворота и Лермонтовская площадь 30 марта 2019 г. на снимках Дарьи Тишковой, Татьяны Тишковой и Дмитрия Ястржембского.

Запись в экспедицию продолжается. Руководитель проекта — Дмитрий Андреевич Ястржембский, научный сотрудник Музея «Садовое кольцо» (тел.: (903) 732-32-12; e-mail: yastrdim@yandex.ru). Страница сообщества в сети: https://vk.com/public163974105.

(Продолжение следует)

ОСТАВЬТЕ ВАШ КОММЕНТАРИЙ

0 комментария:


Яндекс.Метрика